© 2023 Советник. Сайт создан на Wix.com

Новая налоговая система в нефтяной отрасли может быть изменена

Корректировка параметров налога на добавленный доход (НДД) в нефтяной отрасли может негативно отразиться как на будущем самого пилота нового механизма налогообложения, так и на привлечении инвестиций в проекты, не относящиеся к НДД. Причинами возможного пересмотра условий пилота НДД могут стать значительные выпадающие доходы федерального бюджета. Замглавы минфина Алексей Сазанов подчеркнул, что прежде чем выносить на обсуждение законопроект о совершенствовании пилотного применения НДД, в ведомстве дождутся итоговых результатов работы нефтяных компаний за 2019 год. В минфине "РГ" подтвердили, что совместно с Минэнерго проведут оценку результатов эксперимента по внедрению НДД за 2019 год, по итогам которой будет рассматриваться вопрос донастройки его параметров. Законопроект о совершенствовании НДД планируется внести в Госдуму в весеннюю сессию. Эксперимент с НДД опять уперся в старую проблему, из-за которой его обсуждение перед запуском в 2019 году продолжалось более пяти лет. Налоговый режим должен не только приносить доходы в бюджет, но и способствовать развитию отрасли, а также быть выгодным нефтедобывающим компаниям. Поиски этой золотой середины, по-видимому, так и не закончились. По оценке минфина, выпадающие доходы федерального бюджета в 2019 году в результате применения НДД составили примерно 160 млрд рублей. "Если подтвердится, что есть выпадающие доходы федерального бюджета, то следует принять меры, которые в будущем позволят не допустить подобного. Как максимум, ту недоплату, которая была осуществлена, вернуть за счет каких-то повышающих коэффициентов", – уточнил Сазанов. В конце прошлого года глава минэнерго Александр Новак, наоборот, предлагал расширить периметр применения НДД. По его словам, это необходимо сделать, чтобы ввести в эксплуатацию около 10 млрд тонн нерентабельных при текущем налоговом режиме запасов. При этом о возможных выпадающих доходах бюджета после первого года проведения эксперимента с НДД было известно заранее. Правда, оценка их была куда более скромной – в 30-40 млрд рублей. "Ужесточение НДД вызвано не совсем точной оценкой государством величины выпадающих доходов, компенсировать которые придется бизнесу, что будет не самым позитивным сигналом для инвесторов, в том числе иностранных", – считает партнер КПМГ в России и СНГ Виктория Тургенева. Понятно, что ни о каком расширении периметра действия нового налогового режима сейчас речи идти уже не может. Ни одна нефтедобывающая компания не захочет участвовать в эксперименте, условия которого могут быть через некоторое время изменены. "Едва ли предусматривалось ужесточение параметров НДД по итогам первого года применения нового налогового режима", – пояснила Виктория Тургенева. Как не раз отмечали эксперты, в нефтегазовой отрасли очень длинный инвестиционный цикл, и для нормальной работы нужно иметь горизонт планирования хотя бы 5, а лучше 10 лет. При постоянных изменениях условий налогообложения долгосрочные инвестиции становятся слишком рискованными. "Донастройка параметров НДД в ходе эксперимента по его введению на пилотных проектах предполагалась изначально", – отметил аналитик "Финам" Алексей Калачев. Он рассказал, что еще осенью прошлого года "Газпром нефть" предлагала в будущем скорректировать параметры налога на добавленный доход, поскольку не все месторождения оказалось рентабельным разрабатывать в рамках НДД. "Однако предложение Минфина противоположно по смыслу. Минфин считает, что бюджет в результате перехода к НДД теряет больше, чем предполагалось, и хочет доработать параметры расчета налога таким образом, чтобы в будущем не допустить выпадающих доходов", – считает Калачев. Эксперт подчеркнул, что к настоящему времени большинство нефтедобывающих стран перенесли центр тяжести в налогообложении нефтегазовой отрасли от обложения объемов добычи к обложению финансовых результатов. Это способствует к росту инвестиционной активности компаний сектора и стимулирует восполнение их ресурсной базы за счет освоения более сложных ресурсов. Источник: Российская газета

+7(495) 149-13-00